«вечных» - страница 4

Во-1-х, исторически определённый тип мыслительного процесса, основанного на идеалистических теоретических предпосылках. Этот процесс ведёт к выработке «превратных, идейных взглядов», к «идеологизму» как извращённым, призрачным суждениям и выводам.

Во-2-х, идеология – это совокупа взглядов «вечных» - страница 4, основанных на общих мировоззренческих предпосылках, систематизированных в видах идеологии и отражающих вещественные дела с позиций определённых классов. Исходя из убеждений марксизма, это отражение может быть правильным, научным либо превратным, извращённым. Ф. Энгельс писал «вечных» - страница 4, что идеология – это «процесс, который совершает мыслитель». Он «создаёт для себя представления о неверных либо кажущихся побудительных силах. Потому что речь идёт о мыслительном процессе, то он и выводит как содержание, так «вечных» - страница 4 и форму его из незапятнанного мышления либо собственного собственного, либо из мышления собственных предшественников»1.

В поисках оснований идеологии меня заинтересовывал конкретно этот ракурс препядствия. Надеюсь, что логико-гносеологический нюанс позволит мне «вечных» - страница 4 в несколько нестандартном ключе сконструировать «марксистскую» догадку идейного парадокса.

Историко-философские и экономические исследования К. Маркса дают возможность очень широкого методологического использования категории «идеальное». «Идеальное» и «идеология» – категории, имеющие в этимологической «вечных» - страница 4 базе общий греческий корень, обозначающий идею, образ, понятие. В «Тетрадях по эпикурейской философии» Маркс констатирует, что в обыденном мышлении «всегда оказываются налицо готовые предикаты, которые оно отдаляет от субъекта. Все философы делали из самих «вечных» - страница 4 предикатов субъекты»2.

Я не случаем обратилась к этой мысли К. Маркса в поисках онтологических и гносеологических оснований идеологии. Логика практически всякого «типичного» подхода к анализу идеологии конкретно такая: это – метод «вечных» - страница 4, при котором предикат преобразуется в субъект. Вот поэтому М. Мамардашвили замечал, что идеология – это «собирание социальной жизни в некоторое осмысленное целое», но при всем этом «мы…реальное соц бытие склонны рассматривать «вечных» - страница 4 как некоторое отклонение от безупречной теории, и всё, что происходит в жизни, приписываем результату недостаточно неплохого осознания теории…»1.

Ещё в «Экономическо-философских рукописях 1844 года» К. Маркс вычленяет категорию безупречного в нюансе генезиса социальной формы «вечных» - страница 4 движения материи. Вне такового генезиса, подчёркивается уже в «Немецкой идеологии», нельзя методологически корректно подойти к категории публичного бытия, структурно-функциональной определённости которой соответствуют как общие, так и специальные законы мышления «вечных» - страница 42.

Уже в ранешних произведениях К. Маркс приходит к осознанию безупречного как функции практической деятельности людей и связанных с ней отношений общения. Центральным пт философии Маркса является открытие того факта, что незапятнанный субъект и «вечных» - страница 4 «противостоящий» ему объект, которые являются основными составляющими познавательного процесса, представляют собой только абстракцию от реального познавательного процесса. Субъект и объект включены в пространное поле соц связей, в целостную систему отношений меж людьми «вечных» - страница 4 в процессе их социальной деятельности. Эта самая общественная система обоюдного обмена деятельностью является источником не только лишь образования познавательных смыслов, но частично как самого познающего субъекта, так и познаваемой действительности. «Неверное мышление «вечных» - страница 4 безизбежно и непроизвольно фабрикует неправильные факты, как следует «производит искажение и ложь»3.

Сознание индивидума и духовная деятельность вообщем рассматриваются К. Марксом как функция с некоторым соц статусом, атрибут определённой публичной целостности. Логические формы «вечных» - страница 4 он определяет как превращённые формы процесса труда. Через их субъект осваивает теоретическим методом действительность публичного бытия. Отсюда следует, «хотя мышление и бытие отличны друг от друга, но в то же время «вечных» - страница 4 они находятся в единстве друг с другом»4.

К. Маркс уходит и от метафизического разрыва в истолковании категорий субъекта и объекта и от магического их единения. Найдя в практике вещественную базу людской жизнедеятельности «вечных» - страница 4, он разрушает иллюзию по поводу безупречной природы духовного производства, источников его функционирования и развития. В процессе жизнедеятельности субъекты порождают идеализированные образы действительности. Они выступают предпосылками их грядущего предметного функционирования и развития «вечных» - страница 4.

Итак, суть безупречного заключается, согласно К. Марксу, не в какой-нибудь отдельной функции людской деятельности, а в тех предметных факторах и предпосылках, которые обеспечивают вторичное воспроизводство её содержания и формы общезначимым образом «вечных» - страница 4. Потому абстракция либо мысль есть не что другое, как теоретическое выражение вещественных отношений, господствующих над людьми1.

К. Маркс переносит анализ идеологии из сферы чисто гносеологических отношений в область исследования экономических, политических и других структур, снутри «вечных» - страница 4 которых в первый раз формируется позиция индивидума по отношению к миру. Но в базе теоретического восприятия и осмысления мира, подчёркивает Маркс, лежат «… общественно важные, как следует конкретные мыслительные формы для производственных «вечных» - страница 4 отношений данного исторически определённого метода производства»2.

Заметим, что специфичность самой людской жизни заключена в исторически обусловленном «биноме»: «общество» – «отдельный индивид». Следуя логике К. Маркса, мы имеем дело, как с конкретной идеализацией, так и «вечных» - страница 4 опосредованной. Конкретная идеализация происходит под воздействием всеобщих для социума устройств и принципов беспристрастного воздействия вещественной среды. Опосредованная – это идеализация сознательного типа и уровня, она имеет только косвенно беспристрастный нрав. Парадокс идеологии принадлежит «вечных» - страница 4 конкретно к последнему типу.

Для К. Маркса субъективность – это деятельностная форма проявления возможностей и потребностей индивидов. «Я» выступает как персонификация соц связей и отношений. Людская особенность, развёртывание человечьих сущностных «вечных» - страница 4 сил происходит разнообразными средствами, в том числе и через формы духовной жизни общества.

В этом процессе происходит «обработка людей людьми». Понятно, что при определённых критериях, средства таковой «обработки» могут получать самодовлеющий, отчуждённый нрав. Таким макаром «вечных» - страница 4, в центре внимания оказывается не только лишь неувязка безупречного, да и оснований идеологии как «фабрики сознания».

Время от времени методологический инструментарий, сделанный К. Марксом, анализируется несколько формально. Р. Арон, к примеру «вечных» - страница 4, походит к теории К. Маркса позитивистски упрощённо. По его воззрению, центральная формула методологии К. Маркса об определяющей роли публичного бытия по отношению к публичному сознанию выражает только факт их противопоставления3.

Тезис К «вечных» - страница 4. Маркса о социальной обусловленности людского сознания и о возникающей из неё способности идеологизации был развёрнут К. Мангеймом в «социологии знания». К. Мангейм считает, что К. Маркс сам впал в идейную «вечных» - страница 4 иллюзию, приняв точку зрения пролетариата за подлинный взор на реальность капиталистического общества. Тем он ограничил своё учение об идеологии только рассмотрением идейной позиции 1-го класса – буржуазии.

Сам К. Мангейм считает, что нужно сконструировать понятие «тотальной «вечных» - страница 4 идеологии». Об этом уже упоминалось в первой главе. Это понятие должно выразить зависимость всякой мыслительной позиции от общественного положения её носителя. Темой исследования теории идеологии является неизменная сопоставилённость всякого зания со «вечных» - страница 4 смысловой и, в конечном счёте, исторической структурой бытия.

Но К. Мангейм очень натурализирует бытие и сводит его только к политической практике, в рамках которой формируются разные социальные позиции. Схожая интерпретация «вечных» - страница 4 смысла бытия не свободна от заблуждений. Хотя мышление и обосновано соц бытием, и по структуре, и по содержанию, но всё же абсолютизировать данный факт означает сузивать рамки и способности исследования.

Философский ракурс трудности «вечных» - страница 4 безупречного подразумевает анализ сознания, обусловленного вещественным, публичным бытием. Не считая того, этот ракурс подразумевает анализ бытия, представленного в его субъективности духовно-практическим и теоретическим образом.

Действительный феномен безупречных сущностей состоит в том, что «вечных» - страница 4 социальные системы деятельности работают средством сознания, но по своим вещественным, базовым основам они не определяются сознанием. Этот нюанс препядствия был вскрыт К. Марксом и Ф. Энгельсом в «Немецкой идеологии». Признание «вечных» - страница 4 ведущей роли публичного бытия тогда ещё не было сформулировано. Но контекст выражений определённо свидетельствует, что публичное бытие выступает не просто наружной противоположностью публичному сознанию, но является конкретно порождающим его источником.

Очень распространённая в нашей стране «вечных» - страница 4 в 70-80-е гг. XX века логика исследования общества в согласовании с «марксистской теорией» это – вульгаризация и абсолютизация разрыва публичного бытия и публичного сознания и противопоставление их в определениях вещественного и безупречного «вечных» - страница 4. В конечном итоге выходит, что вещественное есть всё то, что не является безупречным. Безупречное – всё то, что не является вещественным. Сам факт противопоставления бытия и сознания, либо публичного бытия и публичного сознания приводит «вечных» - страница 4 к упрощённому осознанию их как 2-ух без помощи других имеющихся видов социальной действительности. 1-ая – беспристрастная, 2-ая – личная. К. Маркс был против вульгарного подхода и отстаивал осознание генетической связи сознания «вечных» - страница 4 и его исторически превращённых форм с процессом беспристрастно развивающейся социальной реальности.

Публичное бытие выступает как «абсолют», сразу утверждающий и снимающий наличную форму сознания. Это происходит последующим образом. В историческом процессе повсевременно осуществляется соотнесение субъектом безупречных «вечных» - страница 4 целей и вещественных средств их реализации. Результатом этой деятельности являются безупречные формы – идеализации. Они, будучи включены в предметную деятельность, преобразуются в категориальную (понятийную, другими словами тоже безупречную) базу. Итак, абстракции «вечных» - страница 4 (безупречное) – это не что другое, как превращённые формы вещественного бытия, зафиксированные теоретическим образом.

Специфичность безупречного всецело определяется принципом единства мира. В более узеньком, соц нюансе речь идёт о парадоксе практического деяния, которое структурируется через «вечных» - страница 4 универсальный механизм опредмечивания и распредмечивания.

Трактовка безупречного как фактора общественного взаимодействия индивидов позволяет выйти из узко логической сферы в сферу практическую. Тем духовные образования оказываются детерминированы способностью к труду. «Под рабочей силой «вечных» - страница 4, либо способностью к труду, - писал К. Маркс, - мы осознаем совокупа физических и духовных возможностей, которыми обладает организм, жива личность человека, и которые пускаются им в ход каждый раз, когда он «вечных» - страница 4 производит какие-либо потребительские стоимости»1. К. Маркс еще полнее, чем, к примеру, М. Вебер в концепции целерационального деяния, вскрыл историческую связь людской культуры с практической направленностью всего комплекса возможностей личности.

Процесс «вечных» - страница 4 социальной организации корнями уходит в практику, в вещественное создание индивидов. В процессе труда людям характерно расширять сферу публичных потребностей и собственных возможностей. Деятельностное, активное отношение человека к природе, производству, расширение потребностей актуализирует энтузиазм «вечных» - страница 4, одну из превращённых в рефлексию форм субъект-объектных отношений.

Социально-групповой и классовый энтузиазм уже выступают как институализированное основание идеологии. Я не касаюсь на данный момент индивидуально-личностного энтузиазма, потому что отчасти он «вечных» - страница 4 представлен в социально-групповом интересе. Не касаюсь и общечеловеческого энтузиазма, потому что его аспекты очень абстрактны. Для выявления их реальной сути всё равно необходимы конкретные социально-групповые противоречия2.

Повсевременно пользуясь определениями «идеальное «вечных» - страница 4» и «идея», замечу, что их логическая связь несколько труднее, чем кажется. На 1-ый взор, термин «идеальное» является производным от термина «идея». В реальности принцип их связи прямо обратный: мысль есть менее «вечных» - страница 4, чем личный случай проявления диалектики безупречного. А это означает, что обе категории не выводятся друг из друга по правилам чисто формальной логики. Напротив, сама логика в её определённых формах должна быть верифицирована «вечных» - страница 4 в согласовании с лежащими в её базе процессам вещественной жизнедеятельности3.

Очевидно, вещественные дела нельзя рассматривать как единственную и всегда доминантную форму воздействия на человека. Во-1-х, хоть какое вещественное воздействие опосредовано «вечных» - страница 4 безупречным моментом. Во-2-х, всякое взаимодействие может иметь целью не только лишь вещественные, да и духовные потребности индивидума. В-3-х, господство над волей принуждаемого является опосредствующим звеном, вроде бы связывающим беспристрастно обратные интересы. Навряд «вечных» - страница 4 ли данные связи позволят практическую деятельность даже отдельного индивидума поделить на внешнюю и внутреннюю, на опосредованную и конкретную1.

В силу единства и парадоксальности бытия человека и общества появляется неувязка смыслов в «вечных» - страница 4 осознании трёх других категорий всё с этим же общим корнем «идея». Это – «идеология», «идеологизм», «идейность». Нередко не различаются смысловые цвета их значений.

Термин «идеологизм» ввёл французский неомарксист Луи Альтюссер. С его интерпретацией и развитием «вечных» - страница 4 мыслях К. Маркса связано показавшееся в 60-е годы XX века направление «структуралистский марксизм». Базисные понятия, применяемые Л. Альтюссером, всходят к марксистской терминологии. Термин «практика» выступает синонимом определений «деятельность», «действие». Выделяя огромное «вечных» - страница 4 количество видов определенных практик, Л. Альтюссер сосредоточивается на трёх из их: экономической, политической и идейной. Их он считает основными не только лишь для хоть какого общества, да и для индивидума. Определения «политический» и «вечных» - страница 4 «идеологический» имеют у него еще более обширное значение, чем обычно, и содержат в себе большая часть качеств социальной жизни2. Потому «идеологизм» – это всегда идеология.

Но не всякая идеология есть «идеологизм». Этим словом «вечных» - страница 4 Л. Альтюссер обозначает таковой метод аргументации, когда апеллируют не к беспристрастному положению вещей, а к некий общей идейной оценке. К примеру, когда молвят, что кто-нибудь не прав, так как «вечных» - страница 4 он христианин; либо какое-либо положение ошибочно, так как оно встречается у Гегеля и т.д.. Другими словами, это такая аргументация, которая не выходит из круга чисто безупречных сущностей. Задачка заключается «вечных» - страница 4 в том, чтоб подвести один безупречный объект под другой, в каком уже содержится мировоззренческая, оценочная позиция.

Вероятна ли идеология без «идеологизма»? Это вопрос непростой, он упирается в логический треугольник «знака», «значения» и «смысла «вечных» - страница 4». Если следовать логике Л. Альтюссера, то К. Маркс и Ф. Энгельс под «идеологией» понимали «идеологизм», другими словами замену беспристрастного социально-исторического анализа некоей безупречной конструкцией, взятой «из головы» и потом навязываемой в качестве беспристрастной «вечных» - страница 4 теории.

Вправду, Энгельс отмечал, что образование «чистой идеологии» происходит оковём выведения понятий, представлений о деятельности не из самой деятельности, а из представления о ней, выведения параметров предмета «не оковём обнаружения их «вечных» - страница 4 в самом предмете, а оковём логического выведения их из понятия предмета»1. В этом контексте замечание Л. Альтюссера представляется полностью оправданным. Но это не значит, что марксизм вообщем опровергает идеологию как систему взглядов «вечных» - страница 4 и методов интерпретации бытия.

В процессе исследовательских работ К. Маркс повсевременно ворачивается к осознанию сознания как элемента социальной системы, пронизанного наружными и внутренними детерминантами. М. Мамардашвили подчёркивал, что оказывается вероятным «вечных» - страница 4 рассматривать сознание как функцию, атрибут соц систем деятельности. Его содержание и формообразование «выводится из переплетений и дифференциации связей системы, а не из обычного отображения объекта в восприятии субъекта». Вследствие этого анализ сознания предстаёт как «вечных» - страница 4 распространение на его сферу анализа общественно-предметных форм, «общественных вещей», как «продолжение последнего на уровне людской субъективности»2.

Можно ли такую позицию именовать «идеологией»? С моей точки зрения – да, хотя бы поэтому, что «вечных» - страница 4 это – позиция. Понятно, что К. Маркс и Ф. Энгельс избегали такового наименования. Может ли эта идеология перевоплотиться в «идеологизм»? Очевидно, может. Имея дело с идеологией, мы сталкиваемся с «формой превращённой». Идеологизм – это «вечных» - страница 4 два раза «форма превращённая». Если под идеологией осознавать форму и метод интерпретации бытия (некоторый полный нюанс), то в политической практике мы в большинстве случаев имеем дело конкретно с идеологизмами.

Лучше с «вечных» - страница 4 идеологизмом и идеологией не путать «идейность». Понятие «идейности» быстрее следует отнести к субъекту, чем к социальной группе. В этом понятии отражается не только лишь классовая позиция человека, но интересы хоть какой «вечных» - страница 4 публичной группы, выразителем которых является субъект. Это не единственный момент социальной обусловленности поведения, стиля жизни, мировосприятия субъекта. В понятие идейности врубается и этическая, гуманистическая позиция индивидума. Идейность выражает быстрее позицию монизма, а не «вечных» - страница 4 плюрализма, если только сам плюрализм не выступает в сознании субъекта в качестве ведущей, доминирующей идеи, ценности либо эталона. Понятие идейности соотносится с понятиями правды, ценности и эталона. Но смысловое содержание понятий не всегда связано «вечных» - страница 4 с формой их существования и взаимодействия. Соответственно логический и исторический способы поиска их оснований оказываются довольно далеки друг от друга.

Этот процесс получил специфичное отражение в учении Виндельбанда – Риккерта о номотетических «вечных» - страница 4 и идеографических науках. К. Риккерт считает, что естественнонаучное образование понятий кардинально отличается от исторического. Аспект этого отличия лежит не в предмете, а в целях зания. Естественнонаучное познание ставит целью открытие законов (генерализующий способ «вечных» - страница 4), историческое – отрешается от открытия законов из-за их логической несовместимости с личным нравом исторических событий.

К. Риккерт непременно прав в том, что цели исторических событий получают выражение через ценностную ориентацию. Другое дело «вечных» - страница 4, что цель, которая формируется сознанием, имеет своим истоком потребности и интересы публичных индивидов, в итоге – практику1.

Современная философия XXI века характеризуются эталоном всё большего расширения свободы человека. Вспомним, что свобода в «вечных» - страница 4 2-ух прошлых догадках рассматривается как ценностно-ориентационная база духовной жизни общества.

Как это ни феноминально, но свобода и идеология имеют некие общие основания. Э. Фромм отмечал, что эталон свободы коренится глубоко в «вечных» - страница 4 природе человека. Потому свобода была эталоном и для иудеев в Египте, и для рабов Рима, и для германских фермеров в XVI веке, и для германских рабочих, боровшихся против диктаторов Восточной Германии.

С «вечных» - страница 4 другой стороны, мысль авторитета и порядка также глубоко внедрилась в человеческое существование. «Любая данная соц система может обращаться к идеям, превосходящим её свою необходимость как раз поэтому, что они владеют массивным воздействием «вечных» - страница 4 на человеческое сердечко. И осознать, почему определённая мысль завоёвывает воздействие и популярность, можно только исторически, другими словами через соц нрав, сделанный в данной культуре»2. О. Шпенглер утверждает, что конкретно авторитет «вечных» - страница 4 и традиция позволяют государству сохраниться в «форме», сохранить свою органическую и психическую природу.

При таком подходе неувязка безупречного и идеологии фиксируется не чисто философскими, но социологическими и психическими средствами. Мы лицезреем, что экономические «вечных» - страница 4, психические и идейные причины ведут взаимодействие последующим образом. «Человек реагирует на конфигурации наружной обстановки тем, что изменяется сам, а эти психические причины в свою очередь содействуют предстоящему развитию экономического и общественного процесса «вечных» - страница 4. Тут действуют экономические силы, но их необходимо рассматривать не как психические мотивации, как конкретные условия; действуют и психические силы, но нужно держать в голове, что сами они исторически обоснованы… Социальные условия оказывают влияние на «вечных» - страница 4 идейные явления через соц нрав… »3.

Э. Фромм остерегал от вульгарной трактовки соотношения вещественной и безупречной (духовной) сфер публичной жизни. Теория, согласно которой идеи определяются формами экономической и социальной жизни, совсем «вечных» - страница 4 не утверждает, как будто они не владеют своей реальностью.

Миропонимание как всеобщая форма сознания всегда непосредственно исторически типологизировано. Логико-смысловая форма миропонимания производна от метода конфигурации предметного мира, и она соотносится «вечных» - страница 4 с нескончаемым разнообразием вероятных форм опыта. Этим фактом и обосновано обилие значений и смыслов понятий «идеальное», «идея», «идеология», «идеологизм», «идейность», «идеал».

Итак, в согласовании с «марксистской» догадкой, безупречное следует рассматривать как звено «вечных» - страница 4 социальной связи, но не как её источник. Но всякое соц действие имеет свою структуру. Эта структура в её логическом существовании выражена знаково-символическим образом и выступает в качестве организующего начала. Чтоб проследить логически, как безупречное «вечных» - страница 4 закрепляется в соц базисе, вновь обратимся к К. Марксу.

Создание опосредует потребление, для которого оно создаёт материал. Но и потребление опосредует создание. Потребление, уничтожая продукт, придаёт ему завершённость, ибо продукт «вечных» - страница 4 есть итог производства не просто как овеществлённая деятельность, как предмет для деятельности субъекта. В свою очередь потребление создаёт потребность в новеньком производстве. Означает, безупречный, внутренне побуждающий мотив производства является его предпосылкой «вечных» - страница 4. Потребление создаёт желание к производству, оно «полагает предмет производства идеально» как внутренний образ, как потребность, как желание, как цель. Оно создаёт предметы производства в их «ещё личной форме». Потому не только лишь предмет «вечных» - страница 4 употребления, но также и метод употребления создаётся созданием не только лишь беспристрастно, да и лично1.

Мыслительный процесс детерминирован природными и публичными явлениями, таким макаром, мы имеем дело со специфичными «духовными производительными силами». Для «вечных» - страница 4 К. Маркса разумеется, что понятия (идеи) не способны к самоизменению и развитию без социально взаимодействующих индивидов. «Люди, производящие публичные дела соответственно собственному вещественному производству, делают идеи и категории, другими словами отвлечённые «вечных» - страница 4 безупречные выражения этих публичных отношений. Таким макаром, категории так же не много являются нескончаемыми, как и те дела, выражением которых они являются»2.

Итак, действительную базу безупречного К. Маркс обнаруживает не в формах публичного «вечных» - страница 4 сознания, а в экономических отношениях каждого данного общества, которые появляются, сначала, как интересы3.

Энтузиазм существует только как элемент личной психической установки. Эта установка включена в механизм личного проектирования и связана с оценкой «вечных» - страница 4 социально важной инфы. Суть энтузиазма заключается в возможности человека организовать свою деятельность в направлении определённых целей. Почему логический выход на категорию энтузиазма так важен? Так как конкретно тут, следуя логике рассуждений «вечных» - страница 4 К. Маркса, укрыты основания идеологии. К категории энтузиазма обращаются также К. Мангейм, Л. Альтюссер, Э. Фромм, М. Вебер.

Говоря о духовном производстве, К. Маркс имеет в виду специфичный тип публичной деятельности, в продуктах которой «вечных» - страница 4 отражаются разные нюансы экономических, юридическо-правовых, нравственных, эстетических, религиозных и других отношений человека к реальности. Сфера духовной практики - специфичная сфера. Во-1-х, она связана законами вещественного производства как системного «вечных» - страница 4 целого. Во-2-х, она опирается на информационные институциональные структуры, которые оцениваются и усваиваются субъектами персонально. В-3-х, в сфере духовной деятельности происходит «обработка людей людьми», другими словами «производство сознания».

К. Маркс в процессе исследования «вечных» - страница 4 сферы вещественной практики ставит делему сути безупречного и распространяет её на функционирование превращённых форм сознания. Он утверждает, что в классовом обществе люди мыслят и тем вещественно воспроизводят причины собственной жизнедеятельности. Но отражение «вечных» - страница 4 происходит в искусственно навязанных им стереотипах. Причём, ложность превращённых форм обоснована никак не сбоем в логической форме исследования.

«Формы превращённые» запрограммированы самой их актуальной средой, отчуждающей индивидов от природы и общества. Конкретно «вечных» - страница 4 отчуждение подавляет возможность адекватной критичной оценки результатов их деятельности. Вследствие этого те формы сознания, которые являются идеализациями публичных отношений антагонистического типа, с необходимостью получают фетишистский нрав. Функционируя под видом беспристрастных форм познания «вечных» - страница 4, они в реальности не совпадают в собственных настоящих свойствах с ними.

Бытие этих форм представлено разнообразием видов товарного фетишизма и целенаправленным созданием идеологий светского либо религиозного нрава. К. Маркс подчёркивает, что «вечных» - страница 4 конкретно дела капитализации являются питательной средой идеологизированных форм публичного сознания. При всем этом сами теории есть вроде бы в двойном измерении: как фактически настоящие научные концепции и как идеологии в своем смысле слова.

Личное «вечных» - страница 4 сознание под гнётом господствующей идеологии преобразуется в форму некритического позитивизма. В данном случае исчезает возможность просочиться в глубинную категориальную структуру. «Если во всей идеологии, - пишет К. Маркс, - люди и их дела оказываются «вечных» - страница 4 поставленными на голову, как будто в камере – обскуре, то и явление точно так же проистекает из исторического процесса их жизни, - подобно тому, как оборотное изображение предметов на сетчатке глаза «вечных» - страница 4 проистекает из конкретного физического процесса их жизни… Таким макаром, мораль, религия, метафизика и остальные виды идеологии надлежащие им формы сознания утрачивают видимость самостоятельности. У их нет истории, у их нет развития: люди, развивающие своё вещественное «вечных» - страница 4 создание и вещественное общение, изменяют совместно с этой собственной реальностью также своё мышление и продукты собственного мышления. При первом методе рассмотрения исходят из сознания, как если б оно было «вечных» - страница 4 живым индивидумом; при втором, соответственном реальной жизни, исходят из самих реальных живых индивидов и рассматривают сознание только как их сознание»1.

Такое полное цитирование пригодилось мне для того, чтоб показать, что принцип социальной детерминации «вечных» - страница 4 позволяет К. Марксу различать подлинность и иллюзорность не только лишь эмоций, да и представлений, мотивов людской деятельности, в том числе показать саму природу сознательных искажений.

Настоящим «могильщиком идеологии» К. Маркс считает не «чистую «вечных» - страница 4 теорию», а революционную практику. Конкретно практика соц взаимодействий выступает как вещественный аспект безупречного, другими словами аспект цели, энтузиазма и воли соц групп и класса. Потому идеология в классовом обществе есть «вечных» - страница 4 и обман, и самообман, меж которыми тяжело провести границу.

Практический опыт и оценки изменяются от поколения к поколению. Идеология в большей степени отражает только то, что уже существует, а не предсказывает будущее, так как оценочные «вечных» - страница 4 и абстрактно-моральные суждения могут относиться или к нынешним событиям, или к вчерашним, но никак не к будущим. В целом вся система идеологии обоснована беспристрастной системой публичных отношений и силой привычки «вечных» - страница 4, стереотипами сознания масс2.

Сейчас замечу, что сравнение «марксистской» догадки с 2-мя прошлыми – «исторической» и «политической» не обнаруживает глубочайших различий. По-разному трактуется происхождение парадокса идеологии. Но во всех догадках принцип «вечных» - страница 4 абсолютных различий, абсолютного противопоставления публичного бытия и публичного сознания, вещественной и духовной жизни общества, штатского общества и страны признаётся методологически несостоятельным. Общим является признание категории энтузиазма как основополагающей при появлении и функционировании идеологии «вечных» - страница 4.

Не считая того, К. Маркс обнаруживает зависимость появления идеологии от разделения труда и отчуждения человека. Идеология, как такая, представляет собой «ложное сознание», которое является не следствием намеренного обмана, а закономерной иллюзией, коренящейся во «вечных» - страница 4 внутренней «разорванности» самого общественного бытия. Преодоление схожей идеологизации реальности становится вероятным, по К. Марксу, только в итоге преодоления разделения труда и снятия отчуждения. Идеология уступит место науке, которой доступно видение «вечных» - страница 4 бытия целостного.

Последний пассаж, который сам выполнил функцию политической идеологии, более всего настораживал и последователей марксизма и его оппонентов. О какой науке речь? Вероятна ли наука, правильно отражающая социальные процессы? Какова специфичность общественного «вечных» - страница 4 зания? Не там ли следует находить основания идеологии?


^ 2.4.«ЭПИСТЕМОЛОГИЧЕСКАЯ» Догадка

(ИДЕОЛОГИЯ И ПРЕДПОСЫЛОЧНО-МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКОЕ Познание)


Так именуемая «эпистемологическая» догадка появления идеологии сложилась у меня под бесспорным воздействием и притягательностью знатного российского философа «вечных» - страница 4, спеца по методологии научного зания Л.А. Микешиной. Противоречивая сфера социально-гуманитарного познания, заполненная ценностями и оценками субъекта, разными картинами мира, исследовательскими программками, интерпретациями смыслов и значений, формами предпосылочного, невыявленного познания может, на «вечных» - страница 4 мой взор, оказаться той питательной средой, из которой, в итоге, растет парадокс идеологии.

Со времён античности политические феномены не вычленялись из всего комплекса публичных явлений. Потому познание о их предполагалось как «вечных» - страница 4 познание универсальное, синкретическое. Прямо до XVII века учёный смотрел на себя не как на спеца в какой-либо области познания, как на искателя мудрости – познаний обо всех наблюдаемых сферах и проявлениях людской «вечных» - страница 4 жизни. У Аристотеля, к примеру, вся общественная жизнь укладывалась в рамки политики и ставилась на службу государству. Хотя уже в Средние века теология, право и медицина преподавались как самостоятельные дисциплины в институтах «вечных» - страница 4, философия ещё длительно «владела» подавляющей частью познания о мире, обществе и человеке. По мере предстоящего расширения и углубления этих познаний сегментация дисциплин затронула и саму философию. К середине XVIII века различаются натурфилософия и «вечных» - страница 4 моральная философия, которые позднее стали именоваться естественными науками и моральными науками. Позже, в особенности с возникновением трудов К. Сен-Симона и О. Конта, с их ориентацией на «социальную физику», за «моральными «вечных» - страница 4 науками» совсем закрепилось заглавие публичные (социальные) науки.

Отношения идеологии и соц наук – вопрос сложнейший и многоаспектный. Ответы на него лежат и в сфере аксиологии, и в области методологии зания. Адекватное зание социальной реальности подразумевает видение «вечных» - страница 4 базовой специфичности человека как существа социокультурного. К методологии зания соц явлений, к специфике мировоззренческого познания обращались многие философы.

Под мировоззренческим познанием понимается такое отражение реальности, в каком специально фиксируется «вечных» - страница 4 отношение человека к миру. По собственной природе мировоззренческое познание вне сомнения аксиологично. Аксиологическое измерение эпистемологии самым глубочайшим и подробным образом раскрыто в работе Л. А. Микешиной «Эпистемология ценностей»1. Но в какой мере это «вечных» - страница 4 познание «идеологично»?

Специфичность мировоззренческого познания в том, что оно врубается ещё и в методологический анализ зания. Миропонимание представлено обыденно-практическими и теоретическими формами. Вместе с эмпирическим и теоретическим мировоззренческое познание относительно без помощи других «вечных» - страница 4. Само миропонимание (мировоззрение) в структуре зания вроде бы «предпослано». Предпосылочное познание действует снутри науки, но источники его находятся вне её – в обыденном, донаучном сознании, в практически-духовном освоении реальности.

Предпосылочное познание «вечных» - страница 4 имеет ценностно-мировоззренческое ядро, которое формируется социокультуроной традицией. В предстоящем, делая упор на исследование Л.А. Микешиной, я буду именовать такое познание предпосылочно-мировоззренческим2.

Эмпирическое познание отражает опыт в узеньком смысле, как «вечных» - страница 4 опыт, наблюдение. Предпосылочно-мировоззренческое познание отражает в целом социально-историческую практику и людскую деятельность.

В современной философии и методологии науки миропонимание рассматривается не только лишь как сознательно применяемый и контролируемый «вечных» - страница 4 фактор науки, да и как конструктивный элемент. На мой взор, это в одинаковой мере относится как к «научному», так и «ненаучному» миропониманию, причём само деление на «научное» и «ненаучное» тут очень условно, так «вечных» - страница 4 как речь идёт, сначала, о философской картине мира.

Безусловно, философия обладает всеми атрибутами и плюсами науки – категориями, способом, системой, объективностью и т.д.. Но при всем этом она так плотно сплетена с личностью собственного «вечных» - страница 4 творца, что все властные, ценностные сферы персональной и публичной жизни и сознания оказываются включёнными в философское миропонимание. Недаром для Э. Канта и И. Фихте философия была и вопросом совести. «Человек всегда «вечных» - страница 4 носит общество с собой, он никогда не бывает один, и его решения никогда не бывают только личными», - подчёркивает Г.Г. Шпет3. Может быть, отсюда и идут основания идеологии?

Мировоззренческие предпосылки задействованы во всех «вечных» - страница 4 сферах научного исследования: они оказывают влияние на то, как осуществляется наблюдение, на описание и интерпретацию данных, на выдвижение и принятие гипотез, на оценку и выбор теорий, даже в некий степени определяют «вечных» - страница 4 научный факт4. Но имеет ли конкретные базы само мировоззренческо-предпосылочное познание? Вопрос о его истинности, также о аспектах истинности – это вопрос особый и очень тяжелый для исследования.

Методологи пробуют найти истинность мировоззренческих теорий «вечных» - страница 4 разными способами. Во-1-х, оковём установления логической связи меж тем, что обосновывается, и неким предыдущим познанием, истинность которого уже подтверждена. Во-2-х, проверкой истинности мировоззренческого познания может являться применение его «вечных» - страница 4 в качестве методологических принципов теоретического мышления, удачно объективирующегося потом в социальной практике1.

В целом можно сказать, что достижение научной объективности – задачка научного способа. Но тут находится последующая трудность: сам научный способ тоже не «вечных» - страница 4 свободен от социальной, ценностно-мировоззренческой нагруженности. Так, философская правда есть всегда не просто беспристрастная правда, да и лично применимое положение, и никакие пробы отдельных учёных стать полностью «объективными» не будут успешными и «вечных» - страница 4 не приведут к правде. К. Поппер замечает, что «никакая политическая партийность не способна оказать на политические теории такового сильного воздействия, как пристрастность, проявляемая некими учёными-естественниками при поддержке собственного умственного «вечных» - страница 4 детища»2. Ф. Хайек, продолжая эту идея, указывает, как из таковой пристрастности могут вырасти огненные энтузиасты тотально планируемого общества, и предупреждает, что от «праведного и устремлённого к одной единственной цели идеалиста до фанатика – нередко всего только «вечных» - страница 4 один шаг», последующим шагом может стать «плебисцитарная диктатура»3.

Идеи вторгаются в жизнь человека и общества и конструируют её. «Сила мыслях, - замечал К. Поппер, - более велика, чем сила физических средств»4. Потому, «… если б «вечных» - страница 4 научная объективность была базирована на личной беспристрастности либо «объективности» учёного, мы должны могли быть сказать ей «прощай». Научная объективность есть итог «дружески-враждебного сотрудничества огромного количества учёных либо «интерсубъективность «вечных» - страница 4 научного метода»5.

Естественно, отступить «на расстояние», глядеть на историческое бытие как на беспристрастную реальность – это шаг методологически верный, но всегда ли можно его сделать? Г.Г. Шпет замечал: «Я, дескать, не так писал бы «вечных» - страница 4 историю российской философии, если б писал её до революции. Натурально! Может быть, даже совсем не писал бы её. Но раз пишу, то более чем удивительно было бы, если б вокруг меня «вечных» - страница 4 бурлила и грохотала революция, а я бы этого не лицезрел, не слышал и не желал осознать. Но где же несчастная научная объективность, если видимое и слышимое определяет собою умонаправление и самоё работу?»1.

Соц «вечных» - страница 4 мир – это мир, полный внутренней борьбы, мир, который пронизан разногласиями действующих в нём индивидов и групп, чьи миропонимания различны, а интересы обратны. Эти разногласия жёстко задают ту теоретическую перспективу, которую избирает «вечных» - страница 4 себе исследователь. Это не только лишь вопрос недочета «объективности».

Существенную роль играют трудности эмпирической проверки соц теорий. Отсюда скептическое отношение многих исследователей к попыткам достигнуть единства либо, по последней мере, согласованности социологических теорий «вечных» - страница 4 и понятий. Но это совсем не значит, что кандидатурой таковой согласованности является преднамеренное культивирование разнородных теоретических позиций. Различающиеся теоретические подходы всегда можно ассоциировать исходя из убеждений их плодотворности и точности, а ценность «вечных» - страница 4 различных теорий всегда можно найти при помощи эмпирических наблюдений2.

Тождественно ли соц зание чисто интерпретаторской деятельности либо оно предполагает разъяснение социальной жизни, хорошее от её толкования самими соц субъектами? Где находятся «вечных» - страница 4 корешки той либо другой системы мыслях – в сознании субъекта-интерпретатора либо в социальной сфере?

На этот вопрос пробовали ответить представители социологии познания М. Шелер и К. Мангейм. К их взорам придётся обратиться ещё «вечных» - страница 4 раз. М. Шелер считается основателем философской антропологии и антропологической ориентации в социологии познания. Его взоры развивались под воздействием неокантианства и «философии жизни». Взоры К. Мангейма формировались под воздействием К. Риккерта «вечных» - страница 4, М. Вебера, М. Шелера, а в целом – в рамках неокантианства, феноменологии и марксизма. К. Мангейма заинтересовывала неувязка интерпретации «духовных образований» и в этой связи – неувязка идеологии.

Делая упор на марксистское положение о социальной обусловленности зания «вечных» - страница 4, К. Мангейм, прямо за М. Шелером, считал, что публичное бытие не сводится только к производственным экономическим отношениям. Это – исторический актуальный процесс, который содержит в себе различные эры с различными актуальными «вечных» - страница 4 доминантами, которые могут носить не только лишь экономический, да и религиозный (как в средние века), либо другой нрав, определяя стиль эры.

Уточняя задачку общественного познания, К. Мангейм замечал, что «основной тезис социологии «вечных» - страница 4 познания состоит в том, что есть типы мышления, которые не могут быть правильно поняты без выявления их соц корней. Правильно, что мыслить способен только индивидум. Нет таковой метафизической сути, которая …мыслит, возвышаясь над отдельными «вечных» - страница 4 индивидумами, чьи идеи индивидум просто воспроизводит. Но ошибочно было бы вывести из этого умозаключение, что все идеи и чувства, движущие индивидумом, коренятся исключительно в нём самом и могут быть правильно объяснены лишь «вечных» - страница 4 на основании его актуального опыта»1.

Социология познания стремится осознать мышление в его определенной связи с исторической и социальной ситуацией. Не изолированные индивиды производят процесс мышления, но «мыслят люди в «вечных» - страница 4 определённых группах, которые разработали специфичный стиль мышления»2. Задачка социологии зания сопоставить «духовные образования» с соц позициями их носителей.

К. Мангейм считает, что различное положение субъектов в социально-историческом пространстве обусловливает тип их зания. Тем «вечных» - страница 4 создаётся односторонность и «релятивность» их познавательных перспектив, относительная «ложность» их точек зрения.

Если правящий класс выдаёт свою «перспективу» мышления за единственно ценную и пробует её на теоретическом уровне доказать, то такое «духовное образование «вечных» - страница 4» и есть идеология. Таким макаром, неважно какая идеология у К. Мангейма – это апология имеющегося порядка, попытка сохранить status quo той либо другой социальной группы.

Идеологиям, считает К. Мангейм, противостоят утопии – «духовные «вечных» - страница 4 образы» сознания оппозиционных групп, стремящихся к соц реваншу. Утопии настолько же лично - пристрастны, как и идеологии. Утопии, в сути, ничем не отличаются от идеологий, так как также стремятся выдать «часть за «вечных» - страница 4 целое, свою односторонность за абсолютную истину»3. Но, по воззрению К. Мангейма, существует особенная соц группа, потенциально способная вырваться из этого грешного круга. Это – творческая интеллигенция. С ней он связывал надежды на сохранение демократии в «вечных» - страница 4 эру «массовых обществ», подверженных угрозы установки тоталитарных режимов.

С данной социологической доктриной не согласился К. Поппер. Он утверждал, что претензия на объективно-истинное познание сама является ни чем другим, как идеологией «вечных» - страница 4, другими словами выражением классового энтузиазма определённой группы – в этом случае интеллигенции. К. Поппер остерегает учёных от построения полных, холистских систем и … предлагает способ «социальной инженерии» для конструирования и совершенствования публичных «вечных» - страница 4 явлений4.

На мой взор, этот способ тоже может быть трансформирован в новейшую идейную доктрину. Я провожу аналогию с экзистенциализмом, который восстаёт против хоть какого вида системы – философской, религиозной либо политической, но сам является доктриной, отклоняющей «вечных» - страница 4 весь абсолютизм, кроме 1-го – свободы, присущей факту людского существования. Саму доктрину фактически идейной не назовёшь, но экзистенциальные идеи свободы и индивидуализма легли в базу типа «либерального общества» и либеральной «вечных» - страница 4 культуры. Хотя либерализм очевидно не схож экзистенциализму, он содержит в себе и антиэкзистенциальное течение – эмпиризм.

Итак, представители социологии познания основания идеологии отыскивают в самом познавательном процессе. Все же, подлинный смысл понятия «идеология «вечных» - страница 4» существенно обширнее, чем просто выражение классовых интересов той либо другой социальной группы либо интерпретация социальной реальности через призму их интересов. Это ещё и особенная система социальной ориентации человека. В неё входят убеждения, иллюзии «вечных» - страница 4, предрассудки, заблуждения и догмы, но также – анализ соц функций и отношений, нормы и эталоны мыслей и действий.

Идеология, будучи крепко вплетённой в предпосылочно-мировоззренческое познание, просачивается даже в научную картину мира. Это «вечных» - страница 4 естественно, потому что научная картина мира, во-1-х, содержит специально-научное познание; во-2-х, фиксирует конкретно-исторический нрав этого познания.

Вышеупомянутое значит, что научная картина мира может выступать и как мировоззренческая концепция, так как «вечных» - страница 4 она отражает социокультурное воздействие на науку. Естественно, нет конкретной, «жёсткой» связи меж мировоззренческими, идейными позициями учёных и изготовленными ими открытиями. Но опосредовано, через психологию субъекта зания, эта связь непременно находится. Так считают «вечных» - страница 4 Т. Кун, И. Лакатос, С. Тулмин, выявляя эвристическую роль ценностей в науке.

Т. Кун, вводя понятие «парадигма» в философию науки, направил внимание, что научная теория выступает в качестве «образца». Принятие научной теории «вечных» - страница 4 как «образца» как раз фиксирует роль ценностно-мировоззренческой нагруженности научного мышления. Т. Кун считает, что выбор меж теориями находится в зависимости от беспристрастных и личных причин и критериев. Личные «вечных» - страница 4 аспекты – это нормы, ценности, мировоззренческие позиции и установки, разделяемые людьми, работающими в науке. Более того, даже беспристрастным аспектам Т. Кун даёт интерпретацию как ценностям, которые влияют на выбор разных предпочтений и процесс принятия «вечных» - страница 4 решений. «Различные области творческой деятельности характеризуются кроме всего остального, разными наборами ценностей, разделяемых творческими личностями…»1.

В особенности отчётливо включённость мировоззренческих, ценностных, идейных установок в научную картину мира проявляется в период смены «вечных» - страница 4 парадигм. Пока учёный работает в рамках принятой парадигмы, научная картина мира не обнаруживает собственной относительности и ограниченности. А. Койре утверждал, что величавые научные революции всегда определялись переворотами либо переменами философско-мировоззренческих, идейных концепций «вечных» - страница 41.

Идеология – часть предпосылочно-мировоззренческого познания. Это познание институциализируется в научных школах, обществах учёных, академических структурах и университетах. Под воздействием идейных установок мировоззренческое познание, непременно, трансформируется. А потом, выполняя аргументирующую и регулятивную функции «вечных» - страница 4, такое трансформированное познание сформировывает контекст духовной жизни общества, расставляя акценты в социокультурной среде. Так работает механизм идеологии.

К примеру, в течение всей первой половины XIX века преподавание философии в институтах Рф «вечных» - страница 4 по политическим мотивам всячески ограничивалось, а в 1850 г. кафедры философии в институтах были совсем закрыты. Преподавание философии свелось к логике и психологии, чтение лекций по этим предметам было доверено в каждом институте «вечных» - страница 4 доктору богословия. В итоге развитие философии (при отсутствии институтской) проявлялось приемущественно в работе литературных, умственных кружков. Естественно, что в схожих критериях доминирующими в философско-мировоззренческой картине мира становятся публичные, политические, идейные мотивы «вечных» - страница 4. В силу этого в кругах русского образованного общества философские направления стали оцениваться не под углом зрения их объективности, истинности и достоверности, а исходя из убеждений их политической прогрессивности либо реакционности2.

Философское миропонимание диффундирует с «вечных» - страница 4 общественно-политическим мышлением, с идеологией. В 1921 году особым декретом ВЦИК от 4 марта вновь по существу было ликвидировано философское, историческое, филологическое образование, другими словами образование традиционное, «формообразующее». Были закрыты кафедры традиционной филологии. По «вечных» - страница 4 всей Рф в гимназиях и институтах закончилось исследование языка и культуры Старой Греции и Рима. Отчасти, в очень урезанном виде традиционному образованию возвратили права только в 30-х годах XX века. С того «вечных» - страница 4 времени оно так и не взошло, не встало на ноги. Со стороны страны это был обмысленный политический акт, определявшийся идейной установкой. Опасность «формообразующего», заставляющего мыслить и рассматривать, образования была явна3. Юноша изучал «вечных» - страница 4 в протяжении многих лет (гимназия, потом институт) философию, историю, литературу, язык, искусство, религии величавой античности. Естественно, что в формировании его мировоззренческого познания участвовал и древний понятийный аппарат. А там были «вечных» - страница 4 понятия не только лишь «космоса», «хаоса», «эйдоса» и «материи», да и «закона», «республики», «демократии», «охлократии», «тирании» и другие. Разумеется, что познание и глубочайшее осознание сути процессов, которые отражаются этими понятиями, могло навести «вечных» - страница 4 юные мозги на ненужные и небезопасные размышления.

Без всякого сомнения, идеология просачивается в предпосылочно-мировоззренческое познание, в научную картину мира, в стиль мышления, а потом делает свои регулятивные, компенсаторные, манипулятивные и другие функции в «вечных» - страница 4 зании и социокультурной среде.

Стиль мышления – это меняющаяся форма предпосылочно-мировоззренческого познания, имеющая нормативно-ценностный нрав. Особенность его в том, что видение мира, ценностно-идеологические установки и нормы деятельности, составляющие в единстве «вечных» - страница 4 стиль мышления, нередко не вычленяются и не сознаются субъектом зания. Они есть как сами собой разумеющиеся методологические и мировоззренческие предпосылки, которые субъект принимает как единственно вероятные1.

Любая соцокультурная историческая эра «вырабатывает» собственный свой «вечных» - страница 4 доминирующий стиль мышления, стиль мировоззрения. В нём имплицитно находится идеология, или конкретно как «ставшая» форма духовной жизни эры, или опосредовано – через мифологическую, религиозную и другие форы сознания. Не могут ли «вечных» - страница 4 основания идеологии лежать в близких ей духовных образованиях – мифологии и религии?


^ 2.5. МИФО-СИМВОЛИЧЕСКАЯ Догадка

(МИФ, РЕЛИГИЯ, ИДЕОЛОГИЯ)


Мифологическое сознание всегда являлось увлекательным объектом исследования для языковедов, филологов и философов. С XIX века появились «вечных» - страница 4 особые философские школы, изучающие миф: лингвистическая (А. Кун, В. Манхардт, Ф. И. Буслаев); антропоритуалистическая (Дж. Фрезер, Ф. Корнфорд, С. Хук). Этой неувязкой интересовались представители французской социологической школы – Э. Дюркгейм, Л. Леви-Брюль. Символическая «вечных» - страница 4 теория мифа развивалась Э. Кассирером, теория архетипов – К. Юнгом, структуралистская – К. Леви-Стросом2. Л. Леви-Строс кроме конкретности и метафоричности лицезрел в мифологическом мышлении и способность к обогащению, систематизации, логическому «вечных» - страница 4 анализу.

В российской культуре исследование легенд было предпринято лингвистами-филологами А. М. Золотарёвым, Ю. П. Францевым, М. Шахновичем, М. М. Бахтиным, известным философом А.Ф. Лосевым. Мифологическое освоение мира – практически-духовное, в нём «вечных» - страница 4 содержится система ценностей и ценностных предпосылок, принятых в данном обществе. Этот древний тип мышления быстрее охарактеризовывает не суть духовной жизни общества, а её форму и состояние. В этом видится

vedenie-delovih-peregovorov-i-kommercheskih-besed-referat.html
vedenie-ezhekvartalnij-otchet-otkritoe-akcionernoe-obshestvo-ilecksol-kod-emitenta.html
vedenie-iii-perioda-rodov.html